Я поехала за репортажем про английские барахолки, карбуты (car boot - в дословном переводе - багажник автомобиля). Это и есть продажа из багажника вещей, которые стали в доме не нужны: старая посуда, игрушки, одежда, из которой выросли дети, бабущкины заколки для шляп, открытки, старые фильмы и книжки, валяющиеся на чердаке непарные стулья, настольные лампы... Люди съезжаются в выходной день на специально выделенные под это поля, чтобы буквально за копейки от всего этого избавиться.
Взгляд мой зацепился сначала за коллекцию советских значков: "Да здравствует ХХV съезд КПСС", "Решения ХХШ съезда КПСС выполним", "Решения ХХVI съезда - в жизнь"... Рядом - несколько советских медалей, в том числе военных. А дальше - похоронка:



24 мая 1943 года. Ваш муж, сержант Евстафьев Михаил Николаевич, уроженец г.Ленинграда 1913 года рождения, в бою за Социалистическую Родину, верный воинской присяге, проявив геройство и мужество, был убит 29 марта 1943 года, похоронен на ... кладбище, д.Степановка Ленинградской области у Моск.ж.дор. ...
Командир части Сафронов
Начальник части Вельберг

Похоронка на советского воина стоила на английской барахолке всего 15 фунтов (около 30 долларов). Оригинал, как сказано в пояснении - да я и сама видела, что это - оригинал.
Приветливый англичанин лет 30 с небольшим, продававший документ, не поленился достать мне его из-под стекла, чтобы можно было получше рассмотреть и поинтересовался, правильно ли он перевел текст: "Русские документы трудно переводить".
Ничего не мог или не захотел сказать о том, кто продал ему похоронку: "Время прошло, война далеко, и дети больше об этом не беспокоются. Им стало не жалко этих документов". Я спросила, кто же такие вещи покупает.
"Коллекционеры,- закатил глаза продавец.- Сейчас чего только не собирают. Немецкие, например, аналоги - карточки с извещением о том, где был убит и похоронен солдат - улетают просто со свистом. Русские документы того времени спрашивают не часто, но скоро праздник победы - я подумал, что кто-то захочет купить на память..."
Он показал на лежашее по-соседству аналогичное извещение, только адресованное не жене, а начальнику части, где служил советский солдат: "Видите эти прошивки в углу листа? Это были целые книжки, которые заполняли и потом рассылали. То есть в принципе их тоже должно быть страшно много, и их тоже собирают".
Их, конечно, было страшно много. Мы и сами до сих пор точно не знаем, сколько наших полегло в этой страшной войне, годовщину Победы в которой мы будем праздновать через несколько дней, и сколько этих страшных, типографским способом отпечатанных листков, разлетелось по нашей стране, смертельно раня в сердце их получателей. Выражение, что Победа оплачена их кровью и их жизнями - в том числе жизнью вот этого вот сержанта Михаила Николаевича Евстафьева, погибшего за два года до конца войны под Ленинградом в возрасте 30 лет - стало штампом.
Оно до такой степени стало штампом, что настал день, когда извещение о смерти сержанта Евстафьева кто-то решил больше не хранить, и продал на английской барахолке, там, куда свозят уже совершенно ненужные вещи. И продал, как тут все продается, совсем недорого, за копейки - буквально, хватит, чтобы съесть один стейк в пивной или выпить 3 кружки пива.
Ты прости нас, Солдат!